?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Атчот. Многа буков.

Часть первая, доигровая.
Ивасаки Ятаро родился в бедной семье самурая низшего ранга в хане Тоса. Скопив деньги, родители отправили его учиться в Эдо в додзе Тиба, где молодой самурай преуспел во владении оружием. Однако вместе с друзьями у молодого Ятаро однажды завелись и завистники, и его подставили – после пьянки ему предъявили обвинение в ограблении торговца, и он не смог отвести от себя подозрения, хотя был уверен, что даже в пьяном состоянии не сделал бы такую глупость. Представитель Тоса в Эдо, Такечи Ханпейта, не стал мелочиться и приказал молодому Ивасаки вскрыть себе живот.
И тут случилось странное. Молодой человек, воспитывавшийся всю жизнь на принципах бусидо, которые основываются на преданности и презрении к смерти, не стал исполнять приказ – и сбежал из представительства. Впоследствии он раз за разом возвращался мыслями к этому поступку и так и не смог объяснить себе, почему и зачем он сделал это. Ятаро стал человеком без чести, без клана, без покровителей, без цели – потому что выживание не может быть целью для воина. И тогда он решил, что его ведут боги. Да, ками внушили ему этот поступок и увели от смерти – а, значит, ему что-то предстоит сделать. Но где может ронин сделать что-то в наше беспокойное время? Только в Киото – ведь в любом другом месте ему будет трудно скрыться, а значительные дела и ожидания многих жителей Ямато связаны именно со столицей божественного императора. Ятаро слышал, конечно, про гайдзинов, про беспорядки и «небесную справедливость» - и решил, что боги направляют его туда. После того, как некоторое время он скрывался в Мито у друзей своих товарищей по додзе, и смог достать поддельные документы на имя Мацумуры Хайто из Мито, он добрался-таки до Киото.
Одним из первых его поступков в огромном городе он нажил себе врагов и друга – спас девочку от бандитов из якудзы. У девочки оказалась сестра – О-Рё, девушка из бедной семьи, работавшая служанкой в гостинице.
Однажды Ятаро снова наткнулся на оглоедов, у которых он отобрал девочку, и ему пришось уносить ноги. В поисках укрытия он оказался в квартале Гион, где, когда стало трудно бегать, ворвался в первую же подвернувшуюся дверь. Ей оказалась дверь чайного домика Камакири-окия. Перепуганные гейко спрятали его в шкафу, чтобы избежать резни в домике, и это спасло его от преследования. Самое интересное случилось после, когда хозяйка домика Суирен зашла в этот тайник выяснить-таки, что за нежданный гость у них оказался, да и задержалась там намного дольше, чем ожидала. Судьба свела этих двух людей неожиданно, неотвратимо – и безошибочно, как оказалось потом.
Со временем выяснилась пикантнейшая подробность – господин Ханпейта, тот самый, кто отдал Ивасаки приказ покончить с собой, не только оказался в Киото преставителем Тоса, но и успел за то время, что Ятаро скрывался в Мито, стать покровителем, данна, гейко Суирен. Карты легли очень причудливо, а в голове ронина складывалась просто-таки кровавая каша. Он не мог простить себе бегства от смерти и хотел искупить не перед людьми, но перед самим собой эту слабость – и искупить кровью. К тому же он ненавидел Ханпейта не только за свою неудавшуюся смерть, но и за то, что делил с ним женщину (хотя не понятно, кому от этого был бОльший ущерб). Иногда ночью ему снилось, как он заставляет Такечи Ханпейта покончить с собой и отрубает ему голову.

Часть вторая, игровая.
Ивасаки, а, вернее, уже Мацумура, поселился на окраине Киото в гостинице Терада-я, где работала служанкой О-Рё. Девушка была безмерно благодарна ронину за спасение сестры, и эта благодарность явно перерастала в сердечную привязанность.
Хозяйка гостиницы, мудрая О-Тосэ (Рута), терпела подозрительного ронина, так же, как и еще одного – господина Сато (Ганс), не задавала лишних вопросов и не слишком торопила с оплатой.
Будучи натурой деятельной, Мацумура стал сколачивать отряд ронинов для того, чтобы предложить свои силы кому-нибудь из представителей ханов. Айдзу отпадали – они обеспечивали безопасность в городе, а значит – искали его по запросу Тоса, к тому же ходили упорные слухи, что Айдзу виновны в голоде, обрушившемся на Киото, и в нерациональном распределении риса. Тоса отпадали по естественным причинам Сацума были не в чести у второго постояльца – господина Сато, так что оставались Чошу.
Помимо Мацумуры и Сато в отряде были Рика Хироси и Рика Мицунари (персонажи Далъета и Чаян). Ронины пришли в представительство Чошу и предложили свои услуги. Господа из Чошу проявили настороженность, но на службу взяли, дали немного денег и отправили ронинов на поиски двух самураев по их именам и некоторым приметам.

В городе бушевал голод. Госпожа О-Тосэ и О-Рё поделились с Мацумурой рисом, полученным от самураев Тоса (о, очередная ирония судьбы!), поэтому осенью он избежал голода и последующих болезней. От О-Тосэ он узнал, что через некоторое время самураи из Тоса во главе с господином Ханпейта собираются навестить Терада-я, чтобы стоить там свои планы, а заодно поискать Ивасаки Ятаро, который уже пару раз едва не сталкивался с ними на улицах. (не то, чтобы он сильно бегал от них, но по его мнению было еще рано устраивать разборки на улицах) Мацумура от этой новости чрезвычайно возбудился. Еще бы – все его враги разом, в Терада-я, на окраине города! На его стороне были ронины, но их было мало. Он решил подписать на нападение самураев из Сацума и Чошу. Отправился в представительство Сацума к Такара Горо (Манвэ в первой роли) и предложил ему радикально изменить расклад сил в Киото к весне. В представителе Сацума он нашел понимание, хотя тот был бы более рад, если бы получилось стравить Тоса и Айдзу между собой. Радостный, Мацумура отправился в Чошу, но по пути с ним захотел поговорить Танака Синбэй (Теодор Нотт в первой роли) из Тоса. Он сказал Мацумуре, что узнает его, и предлагает во избежание не нужных разборок на улицах придти и поговорить с Такечи Ханпейтой. Мол, у того есть предложение для скрывающегося ронина, и придти есть смысл.
Это предложение было настолько безумным, что реагировать на него можно было только безумно. Мацумура подумал, что это ещё опаснее и безрассуднее, чем резать всё представительство Тоса в подворотнях, и решил, что надо сходить. Но сначала – Чошу.
Представитель Чошу отнесся к идее вырезать Тоса очень прохладно, сказал, что это не в официальных интересах представительства, но уточнил, что, если отдельные горячие головы сделают это, то он закроет на это глаза. Победителей не судят.

Поговорив с потенциальной «горячей головой» в Чошу и своими ронинами, Мацумура отправился в представительство Тоса. Там ему пришлось подождать, потому что над Ханпейта ходили священники, отгоняющие духов и лечащие какие-то напасти, насланные демонами (по крайней мере, так понял Мацумура). После того, как ему полегчало, он согласился поговорить с Мацумурой. Разговор получился очень неожиданным. Ханпейта выглядел, как будто его ударили пыльным мешком по голове, он говорил, что ронин прощен, а глаза его как будто не верили тому, что говорили губы. Он дал Мацумуре денег и потребовал, чтобы окружающие его самураи благословили ронина и пожелали ему удачи. Мацумура не знал, что и думать. Через некоторое время взгляд Ханпейта стал осмысленнее, и он с явным сожалением сказал, что не отменяет своих слов, и ронин действительно прощен.
В результате Мацумура был посвящен в планы Тоса по террору с целью уничтожить Айдзу и действовать во славу императора, дабы бакуфу потеряло свои позиции и передало полноту власти божественному Микадо. Ронин понял, что планы ближайшей мести перестают быть актуальными, потому что это соответствует лишь его личным мотивам, но никак не соотносится с политическими идеями, которых он со своими друзьями собирался придерживаться. Так Мацумура стал союзником Тоса, если так можно сказать про беглого ронина.
В это время в Киото продолжал свирепствовать голод. Тоса не смогли достать рис, и самураи голодали. Сато-сан смог достать для себя и для Мацумуры по четверти коку риса, как для самураев на службе Чошу. Получив рис, Мацумура, не раздумывая, отправился в Гион и передал рис в Камакири-окия для Суирен. Мысль, что любимая женщина может голодать, была мучительной. Как оказалось позже – он сделал это очень вовремя, Суирен болела от голода, и полученный рис помог ей оправиться.

Тоса просидели в Терада-я до наступления темноты, а после отправились в город. Дальше события стали развиваться с невероятной скоростью. Айдзу стали собирать в один отряд свои силы, наемников Росигуми и городскую полицию, и стали хватать сторонников Тоса и Сацума. Самураи Тоса и сочувствующие императорской партии ронины собрались вокруг Ханпейта. Оказалось, что Такечи Ханпейта получил бумагу, в которой Император назначил его комендантом Киото. В то же время Сасаки Тадасабуро из Айдзу получил аналогичную бумагу от сегуна. Они встретились на ночных улицах, и стали выяснять, чья же власть реальнее – Императора или сегуна. Скорее всего, ситуация разрешилась бы в пользу сторонников Императора, если бы не Якуси Цубаса – самурай из Тоса, который предал Такечи Ханпейта, отказался от его замыслов, и сдал все планы Тоса полиции – так, как он их понял. В частности, он утверждал, что Ханпейта хотел спалить весь Киото. Насколько понял Мацумура, такие планы были, но – только в отношении представительства Айдзу и здания, где жили росигуми. Пользуясь показаниями Цубасы, Тадасабуро отказался выполнять приказ Императора, и на улицах началась резня.
Пикантной подробностью являлось то, что второй человек в представительстве Чошу был в этой резне на стороне Айдзу, чем по мнению Мацумуры опозорил свой хан и доказал, что Чошу стремились не к передаче власти Императору, а всего лишь к победе в политической игре любыми способами, что было недостойно людей благородной цели.
Мацумура выжил – он был ранен и избит дубинками полицейских, но многие из Айдзу и росигуми также были ранены, и ронина никто не забрал. Дядюшка Мё из Камакири-окия и О-Рё откачали его, перевязали, и с помощью О-Рё он скрылся с места бойни. По пути на задворки Киото он обнаружил тело Ханпейта с отрубленной головой. Дело императора казалось проигранным.
Мацумура с помошью О-Рё добрался до Гиона и рухнул на входе в Камакири-окия. Прекрасная Суирен (о, как любил её Мацумура, видя искорки страха в огромных глазах!) и другие обитатели домика спрятали его в дальней комнате, достали ему снадобья и вылечили раны. Через некоторое время он чудом избежал столкновения с самим Тадасабуро, обыскивавшим дом – та комната, где сидел Мацумура, была единственным местом, куда не заглянула ищейка Айдзу, фальшивый комендант Киото.
А немного позже в домике собрались все выжившие сторонники дела Императора. Это были братья Рика, ронин Сатори (Нотт во второй роли), госпожа О-Тосэ, О-Рё и обитатели Камакири-окия, которых-таки втянули в политику.
(Позволю себе напомнить, что гейко и майко из Камакири-окия были синоби – так что их участие в последующих событиях совсем не женское)
За ночь были написаны письма в ханы Тоса и Сацума, лишившиеся в эту ночь своих представителей, и письмо императору с воззванием от имени верных божественному Микадо. Помимо этого были найдены спрятанные бочки со смолой (фальшфейеры) и решено рано утром сжечь-таки Айдзу и росигуми.

В эту же ночь произошел еще один случай, оставивший неизгладимый след в душе Мацумуры. В домике прислуживала немая девочка. Ронин никогда не присматривался к ней, поэтому не замечал её странностей. В эту ночь она писала ему вопросы на бумаге, а он отвечал. Она спрашивала про то, как люди могли ослушаться Императора, как может быть, чтобы сегун и Император были не заодно, за что погибали люди из Тоса на ночных улицах. После того, как Мацумура ответил, как мог, на её вопросы, пока лежал раненый, девочка вышла, затем вернулась и обратилась к нему с речью. Она сказала, называя себя в мужском роде, что благодарна (благодарен!) самураю за урок, что он – один из достойнейших людей, встречавшихся ему в жизни, что ему нужно уходить и они с ронином больше никогда не увидятся. С пожеланиями удачи он исчез через один из тайных ходов. Мацумура был так ошеломлен, что единственное, что он смог из себя выдавить, было: «Ты говоришь?!» После исчезновения мальчика он привел в порядок свои мысли и, сопоставив все факты, пришел к страшному выводу, что мальчик, стоявший минуту назад перед ним, не кто иной, как – Мацухито, малолетний сын Императора! Мысль безумная, но, как оказалось, верная.

Перед тем, как идти жечь и убивать, решено было всё же поспать хоть пару часов. Но тут в жизни Мацумуры случилось ещё одно поворотное событие. Дело в том, что несколько дней назад его каким-то чудом нашло письмо от матери. Мать писала Ивасаки Ятаро (она ведь ничего не знала про Мацумуру), что она при смерти, и хочет рассказать ему правду про его младшую сестру. Ятаро всегда думал, что сестра в малолетстве отдана в храм, где и живет. И вот мать пишет, что сестра была продана ими в публичный дом, чтобы оплатить учебу Ятаро в Эдо. Она просит, чтобы Ивасаки нашел сестру, выкупил её и дал ей возможность жить нормально. Получив это письмо, Ятаро расстроился, и решил, что сначала он должен доделать начатые дела, а потом уже заниматься поисками сестры.
И вот, лежа в темноте и обнимая Суирен, он рассказал ей про это письмо. Оказалось, что это было так давно, что он даже не помнит имени сестры.
- Минеко, - сказала очень тихо Суирен.
- Да, правда.. но откуда ты… ТЫ??? - и вопль в небо - О, ками, нет!!!
В его сердце всё перевернулось, единственный островок уверенности и устойчивости ушел из-под ног.
- Ты знала? И молчала всё это время???
- Я поняла, когда ты рассказал про себя, но было уже поздно. Что теперь? Я – другой человек, с другим именем, ты – тоже. Кто может запретить нам любить друг друга?
- Я люблю тебя.
- Обними меня, дай мне забыть это. Ты – мужчина, я – женщина, нам не нужно большего.
И боги улыбались, глядя на двух безумных, влюбленных людей, стоящих над бездной и глядящих друг другу в глаза.

В половину восьмого небольшой отряд заспанных людей с горящими решимостью глазами стояли во дворе Камакири-окия. Месть за смерть Такечи Ханпейта, месть за неповиновение Императору – месть придавала сил.
Взрыв – и бочка смолы зажгла представительство Айдзу. Мацумура обжегся, но не сильно, и к тому времени, как здание догорело, был уже в порядке. Они вошли внутрь. Сасаки Тадасабуро – собственной персоной, и еще двое. Их поставили на колени, и Мацумура отсек голову Тадасабуро, а Суирен – нежный цветок! – двум другим. Вот она – «Небесная справедливость».
Здание росигуми. Еще одна бочка – и снова пожар. Кто-то, вышедший на пожар, попытался напасть на заговорщиков – и был убит. Выгоревшее здание. Один угоревший воин – казнен. Еще один – успел выскочить во второй выход, но убегать не стал. Его догнали и убили.
Всё. Мацумура ранен, обожжен, но доволен. Император отомщен. Долг выполнен. Они сделали всё, что могли. Теперь остается ждать.

Ждать пришлось не очень долго. В город явился новый комендант – назначенный сегуном Мацудайра Садааки, дайме Кувана, родной брат Мацудайры Катамори. Теперь нет противоречащего этому приказу приказа Императора – нет права идти против нового коменданта.
Госпожа О-Тосэ приносит вести. Она рассказывает про нового коменданта, говорит, что он очень хотел бы говорить с теми, кто выжил после ночного боя, а, кажется, Мацумура остался последним. Она спрашивает, пойдет ли он к дайме.
Вот и развязка – последнее действие. Чтобы убийства стали по-настоящему казнями, чтобы они не делались тайно, надо рассказать о них. Взять ответственность. Придать огласке. Это достойно воина. Мацумура идет.
Юный дайме. Он спрашивает про ночной бой, про мотивы тех, кто сражался. Мацумура не собирается скрываться – он говорит, что это он сжег Айдзу и росигуми и казнил Тадасабуро. Дайме спрашивает, что воин хочет делать теперь, что сделают его друзья. Мацумура не знает – дело сделано, у него нет дальнейших планов.
И вот – момент истины. Дайме кладет перед ним свой меч. Тут же один из самураев кладет рядом нож для сэппуку. Лицо Мацумуры расплывается в кривой ухмылке. Круг замкнулся. Боги привели его. Теперь он знает, за что он должен покончить с собой – и сделал бы то же самое еще раз, если бы пришлось. Он больше не стыдится бегства от смерти – потому что больше не бежит.
Напоследок он говорит дайме, что при рождении был назван другим именем, но остаться в людской памяти он хочет именно как Мацумура Хайто. Он говорит это, думая о Суирен. Умереть, выполнив свой долг – и умереть возлюбленным, а не братом.
Вот и нож в руках. Спущенное верхнее кимоно. Кайсяку за спиной.
- Сонно дзеи!!! – удар.

Над его телом рыдает госпожа О-Тосэ. Приходит безутешная О-Рё. Бедная девочка!
Но дух его ждет не их. Она придет.
Она приходит. Она молчит. В тишине целует его в лоб, поднимает глаза к небу. И убивает себя. Круг замкнулся. Два тела на дворе дайме Кувана. Две души в небе.

Как прекрасен цветок!
В последние минуты жизни
Думаю о тебе.

Comments

( 17 comments — Leave a comment )
chayan
May. 28th, 2011 09:06 am (UTC)
Спасибо за игру!
Кстати, а откуда ты знал наши настоящие имена? Мы вроде знакомились под другими)

Чошу меня предупредили, кстати, о том, что у них альянс с Айдзу.
И я тебе вроде успел рассказать о нем до ночной резни.
Вот моя недоработка, что про Якуси не успел рассказать, когда сдали планы.
Там полиция на ушах стояла, росигуми бегали туда-сюда и Тадасабуро тоже.

polyak_peter
May. 30th, 2011 07:23 pm (UTC)
:) Я забыл имена, которыми вы представлялись, и спросил у Хэлки, когда писал отчет.
nel_lj
May. 28th, 2011 09:07 am (UTC)
Интересно прочитать. Спасибо!
Ну и совпадений было у этого человека в судьбе, как нарочно всё, как будто головоломку складывал.
heithell
May. 29th, 2011 08:10 am (UTC)
ИМХО, это показатель хорошей игры и правильности судьбы персонажа в рамках мира.
polyak_peter
May. 30th, 2011 07:24 pm (UTC)
Вот-вот. Мацумура считал поэтому, что его ведут боги.
shaggy
May. 28th, 2011 09:13 am (UTC)
Потрясно. Добавить вправду нечего.

eldartears
May. 28th, 2011 03:38 pm (UTC)
История удалась. Определенно.

Жизнь как лепесток,
Ветром гонимый. В конце-
Лишь светлая грусть...

Таковы впечатления.
street_hound
May. 28th, 2011 04:01 pm (UTC)
*тихо смеется*
Слушай,а зачем вы в горящее здание полезли добивать тех, кто итак по умолчанию сгорел?

и что-то я не помню, чтобы вы ожоги отыгрывали.

я отыгрывал - и вы возмутились на негуманность. чем очень потешили - так и представляю себе картину, где пара женщин нападающих на голого обдолбаного обгоревшего человека просят быть погуманнее, потому что женщины. нефиг было приходить драться,если женщины. ;-)

тем не менее, стал погуманнее, так что тут же убили. не надо было вестись на провокацию. жил бы наркоманом, но жил.
polyak_peter
May. 30th, 2011 07:30 pm (UTC)
Re: *тихо смеется*
1. мы полезли в догоревшее здание, чтобы убить находившихся в нем, которые, по словам мастера, лежали после этого в -1 хите, а не мертвые.
2. в _догоревшее_ здание, то есть ожогов внутри мы не получили.
3. не путай отыгрыш чего-либо и аккуратность в пользовании игровым оружием. Я тоже могу (и люблю, когда ситуация располагает) махать чем-нибудь со всей силой. Но это нарушает правила и технику безопасности, поэтому я крикнул, чтобы ты был осторожнее. Опасность травмы не имеет ничего общего с отыгрышем.
4. на игре ты должен быть готов к тому, что в боевых столкновениях участвуют не только мужики в адекватной защите. Я вот совсем не женщина, но получить раскроенную физиономию очень не хотел. Год назад еще один любитель помахать мне уже сломал палец очень круто, так что я отношусь к этому со всей серьезностью.
street_hound
May. 30th, 2011 08:09 pm (UTC)
Re: *тихо смеется*
1. Странно, а нам мастера сказали, что все находившиеся в здании по игре сгорели. Т.е. - двое человек могли не идти в мертвятник? Как интересно. В любом случае, помощи оказать все равно было некому, так что скончались бы.

2. Принято.

3. Нет. Если меня глючит, то меня глючит. Вы сами настояли на том, чтобы я отклеивал сразу вторую полоску на карточке ожогов. Либо полноценный отыгрыш, либо это не имеет смысла. Адекватно отбиться от нескольких противников, окружающих тебя, возможно только забивая на технику безопасности.

4. Естественно, нападая на девушек, я буду это учитывать. Но если они сами нападают, они должны быть готовы к тому, что они уравняли себя с парнями и поэтому все претензии излишни. Что по игре,что по жизни.

5. И - да, Ханпейту убил именно я. Жаль,что не сделал этого раньше. И жаль, что вылечить меня удалось очень не сразу и с помощью наркотиков - я не Тадасабуро, я бы нашел.
polyak_peter
May. 30th, 2011 09:01 pm (UTC)
Re: *тихо смеется*
"Адекватно отбиться от нескольких противников, окружающих тебя, возможно только забивая на технику безопасности. "

No comments.
street_hound
May. 30th, 2011 10:46 pm (UTC)
*пожимает плечами*
Жизненная правда, увы.
stay_see1304
May. 28th, 2011 06:59 pm (UTC)
Читаю отчеты и в очередной раз поражаюсь - сколько страстей (и каких!) кипело в славном городе Киото...
heithell
May. 29th, 2011 08:01 am (UTC)
"В городе бушевал голод. Госпожа О-Тосэ и О-Рё поделились с Мацумурой рисом, полученным от самураев Тоса (о, очередная ирония судьбы!), поэтому осенью он избежал голода и последующих болезней."
Для заметки: мне пришлось хорошо притвориться больной и слабой, чтобы Тоса дали нам две порции риса, одна из которых пошла твоему персонажу ;).

heithell
May. 29th, 2011 08:09 am (UTC)
Спасибо, красивый отчет, хорошая, настоящая, история персонажа. Думается, все было правильно, раз замкнулось столько вещей одновременно.
Единственное- жалею о том, что мы не оставили правильных иероглифов на месте пепелища.
polyak_peter
May. 30th, 2011 07:24 pm (UTC)
Что за иероглифы?
heithell
May. 30th, 2011 07:30 pm (UTC)
что-что :) Сонно-дзёй, конечно!
( 17 comments — Leave a comment )